На работников БМЗ завели уголовное дело из-за забастовки и выставили им счёт из-за остановки печей

07.11.2020 в 11:44
Анна Рыбчинская, TUT.by

В отношении четверых работников Белорусского металлургического завода возбуждено уголовное дело из-за «незаконных групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок и сопряженных с явным неповиновением законным требованиям представителей власти» 17 августа. Из-за этих действий на предприятии была приостановлена выплавка стали, сумма ущерба — 1088 рублей. Об этом TUT.by сообщили читатели. Информацию подтвердил один из работников, в отношении которого возбуждено дело, позже свой комментарий дал Следственный комитет.

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: Екатерина Герасимович

«Был остановлен технологический транспорт, из-за чего была приостановлена выплавка стали»

В постановлении о возбуждении уголовного дела, которое прислали в редакцию, говорится о том, что 17 августа примерно с 12:00 до 18:00 четверо работников БМЗ совместно с «другими неустановленными лицами» находились на территории БМЗ и «организовали проведение незаконных групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок и сопряжённых с явным неповиновением законным требованиям представителей власти». В ходе этих действий был остановлен технологический транспорт, который доставляет сырье в сталеплавильные цеха, из-за чего на дуговых электросталеплавильных печах была приостановлена выплавка стали. Ущерб, который понесло предприятие, — 1088 рублей 29 копеек.

На основании этого в отношении четверых работников было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 342 Уголовного кодекса (Организация групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок и сопряженных с явным неповиновением законным требованиям представителей власти или повлекших нарушение работы транспорта, предприятий, учреждений или организаций, либо активное участие в таких действиях при отсутствии признаков более тяжкого преступления).

Фото: читатель

Следственный комитет также прокомментировал ситуацию на БМЗ.

— По данным следствия, 17 августа этого года на территории предприятия группа агрессивно настроенных граждан из числа работников предприятия и иных лиц остановила движение технологического транспорта, осуществлявшего доставку сырья в сталеплавильные цеха, что привело к нарушению работы завода и причинению ущерба. Информация о чрезвычайном происшествии поступила в УСК по Гомельской области. Следователи незамедлительно приступили к установлению обстоятельств произошедшего. В ходе доследственной проверки были опрошены свыше 100 граждан, осмотрены записи видеокамер, установленных на территории предприятия, а также видеозаписи, размещенные ими в сети Интернет, — говорится в комментарии СК.

Благодаря анализу полученных данных следствие установило организаторов и активных участников «несанкционированного мероприятия». Сейчас с участием подозреваемых проводятся следственные действия.

Следственный комитет также опубликовал видео с одним из «активных участников массовых беспорядков на БМЗ» (его имя не указывается).

— Ехал в тот день из поликлиники на автобусе. Увидел, толпа стоит возле заводоуправления. Вылез, интересно стало, естественно. Толпа кричала всякие лозунги, и в итоге закончилось тем, что вся толпа пошла на территорию завода. <…> Когда уже подошли к плавильному цеху, ехал скраповоз в это время по дороге. Этот скраповоз был остановлен и те же самым был закрыт доступ к печам. <…> На тот момент не задумывался, а потом уже доходило до меня, чем это может закончиться. Жалею, что так получилось, необдуманно, по-идиотски. Конечно, сожалею и готов оплатить все ущербы. Думайте в первую очередь о последствиях, — говорит на видео работник БМЗ.

«Смотрели со снисходительной улыбкой, а люди пытались сказать о наболевшем». Работник БМЗ — о событиях 17 августа

Павел Магидов, разливщик стали 6-го разряда, проработал на БМЗ 20 лет. Он подтверждает, что уголовное дело в отношении него и ещё троих коллег действительно есть. Но подчеркивает: он гражданин России, живёт в Беларуси с 1998 года и имеет вид на жительство, поэтому «немного ограничен в правах и, по идее, не имеет права участвовать ни в чём».

— Для меня всё началось 10 августа, когда несовершеннолетний сын, ему на тот момент только исполнилось 14, гулял с другом в центре города в пять часов дня. Они шли по улице, подъехали два микроавтобуса и «газель», людей стали задерживать, в том числе сына с другом. Их задержали, стянули руки стяжками, повозили лицами по асфальту. При этом потом подтвердилось, что они ничего не кричали, окна не били. Поздно вечером сына отдали без каких-либо документов матери ребенка — моей бывшей супруге. Естественно, во мне все это кипело, — вспоминает Павел. — 17 августа я был на больничном, но знал, что на заводе будет встреча с руководством по поводу забастовки. Поэтому по дороге с приема решил остановиться и послушать, что скажут. Услышал, что просто идет говорильня. Я спокойный человек, но меня возмутило, что руководство не воспринимало нас всерьез, мол, что вы сделаете, покричите — и всё. Смотрели со снисходительной улыбкой, а ведь люди пытались сказать о наболевшем.

Работники БМЗ 17 августа. Фото: читатель

В какой-то момент, говорит Павел, он «не стерпел и громко сказал, что нужно сделать».

— Дальше мы пошли на территорию завода, кто через шлагбаум, кто по пропускам. Я заходил по пропуску. Вышли на дорогу, остановили скраповоз — и получили три-четыре часа простоя печей. Но сами печи мы не останавливали, это сделало руководство. При этом в цехе стояло четыре завалочные корзины, там еще было с чем работать. А мы постояли и в какой-то момент решили, что своего добились. Руководство уверяло, что никому за это ничего не будет, начальники цехов дали команду срочно собирать подписи. Я считаю, что это со стороны руководства был продуманный шаг. Во-первых, не у всех хватает духа оставить подписи, а во-вторых, за что их собирать? У нас же не забастовка, не трудовой спор с заводом. Получается, за счет этого сбора подписей притушили недовольство рабочих.

Павел говорит, что, когда перекрывал дорогу спецтранспорту, надеялся на то, что руководство пойдет на диалог с коллективом.

— Я хотел именно диалога. Не монолога, не общения с позиции старшего с младшим, не общения с позиции силы, — подчеркивает собеседник.

После событий 17 августа работа на заводе шла в обычном режиме, давления на Павла со стороны руководства не было. Уголовное дело, по его словам, было возбуждено 2 ноября, 4-го к Павлу пришли с обыском и доставили в Следственный комитет для дачи показаний. 5 ноября он уехал за границу.

— Я заступил на смену, расставил людей по работам, потому что сейчас исполняю обязанности бригадира. Потом, чтобы не быть должным заводу, написал бумагу в бухгалтерию, чтобы из моей зарплаты удержали в компенсацию ущерба 272 рубля 10 копеек. В Следственном комитете говорили, что общая сумма будет разделена на четверых. Закончил все дела, объявил о присоединении к стачке. Смена у меня с 9 до 21 часа, но в 12 я сел в машину, быстренько собрал какие-то вещи, обнял жену, дочку, поговорил с сыном по телефону и уехал, — говорит Павел. — Одной из причин отъезда стало то, что 6 ноября меня снова вызвали в СК, куда должны были приехать корреспонденты, чтобы я сказал на камеру, какой я плохой и как раскаиваюсь в содеянном. Только на основании этого меня обещали оставить на свободе до суда, а я не хотел становиться посмешищем на всю страну. И садиться в тюрьму на несколько лет не хочу: у меня семья, обязательства, кредиты, надо подымать двоих детей. Поэтому решил всё-таки уехать. Я 22 года прожил в этой замечательной стране и понимаю, что пока существует такая система — то ли поздний совок, то ли начало лихих 90-х, — страна превращается в болото.

Обсуждение