В Жлобине сначала посадили на «сутки», а затем уволили идеолога и начальника отдела филиала электросетей

05.12.2020 в 14:01
Елена Бычкова, TUT.by

До августа, признаются Дмитрий и Наталья Чаускины, они не интересовались политикой, жили в своём мире: семья, дом, любимая и хорошо оплачиваемая работа. Наталья занимала должность заместителя директора по общим вопросам филиала «Жлобинские электрические сети» РУП «Гомельэнерго». Дмитрий был начальником отдела социального развития на этом же предприятии. Но после выборов в их жизни многое изменилось. Чаускины говорят, что не могли не замечать происходящего и выступили против насилия. В итоге отсидели «сутки», а теперь еще и лишились работы.

Дмитрий и Наталья Чаускины

Наталья проработала в электрических сетях 15 лет, Дмитрий — 13 лет. 30 ноября был их последний рабочий день на предприятии. Супругов, у которых за все время не было ни взысканий, ни замечаний, а лишь поощрения, уволили по статье.

«Избиратели просили нас: «Посчитайте, пожалуйста, всё справедливо»

Всё началось 9 августа.

Наталья, как главный идеолог, была председателем избирательной комиссии участка, который располагался на территории их предприятия. Дмитрий тоже входил в комиссию. Это была их первая избирательная кампания.

— Еще накануне члены комиссии, которые разносили приглашения избирателям, рассказывали, что люди их проклинали. Я стала внимательнее приглядываться к тому, что происходит. И вскоре поняла, что эта кампания будет особенной, что людям не все равно. В день выборов была очень большая активность, избиратели просили нас: «Посчитайте, пожалуйста, всё справедливо». Я ответила, что все будет по закону.

Так и сделали. Причем, говорит Наталья, вся комиссия единогласно приняла решение поступить с голосами честно. В итоге, по словам Натальи, за Тихановскую на участке проголосовало в два раза больше людей, чем за Лукашенко.

Фото: Дарья Бурякина

Ночью Чаускины пришли домой, уже ложились спать и услышали, что за окном «настоящая война». Выглянули и увидели под подъездом десятки силовиков в балаклавах и бронежилетах. А потом уже на работе слушали страшные и кажущиеся просто невероятными истории коллег о том, что в их родном Жлобине происходило в ночь после выборов.

— Люди, которых задержали в тот вечер, рассказывали, что они даже не слышали, что мужчины могут так кричать и плакать от боли. Одному так стянули руки стяжкой, что у него почернели пальцы. Ребята говорят, что били всех. И сильно. Оснований не доверять рассказам этих людей у меня нет, — рассказывает Наталья.

Уже тогда, говорят Чаускины, они определились с позицией: то, что происходит в стране, — недопустимо. 16 августа они вышли на марш против насилия в Жлобине.

«Сказали, что мы принимали активное участие, потому что Наталья была в белом платье, а у меня в руках были цветы»

— После выборов люди каждый день собирались. На БМЗ, на площади. В Жлобин приезжал губернатор. Также к народу выходил начальник РОВД, и тогда он сказал, что наказывать никого не будут, что собираться людям не запрещено при условии, если все будет проходить мирно. Ему поверили. 16 августа на площади собралось очень много людей. Все улыбались, в руках у многих были цветы и шарики. Это было похоже на праздник, на парад. Потом колонна двинулась в центр города. Мы тоже пришли и прошли в колонне. Никто не предупреждал о том, что надо разойтись, а когда люди переходили улицу Барташова, сотрудники ГАИ даже останавливали движение, — вспоминают Чаускины.

Фото: Сергей Комков

А спустя полтора месяца, в конце сентября, им позвонили из РОВД и попросили прийти на беседу. Там опросили и составили протокол.

— С протоколом мы не согласились: там было написано, что мы принимали активное участие, потому что Наталья была в белом платье, а у меня в руках были белые хризантемы. Это что, запрещено? Даже на видео, которое нам демонстрировали в качестве доказательств, видно, что мы идем и спокойно между собой разговариваем, — рассказывает Дмитрий.

29 сентября состоялся суд. Решение, которое вынес судья Сергеевич, шокировало супругов: Дмитрию дали 15 суток ареста, Наталье — 10.

В решении суда говорилось, что только такое наказание поможет «активным участникам» осознать свою вину.

— Конечно, к этому нельзя быть готовым, я была в платье, еще на работу планировала заскочить, подписать кое-какие документы, а тут — конвой, автозак, потом унизительная процедура, когда тебя полностью раздевают, — кажется, до сих пор не верит, что все это было с ней, Наталья.

Условия в ИВС повергли в еще больший ужас. Грязная камера, в ней — грязная посуда от прежних сидельцев. Из постельного белья — простыня и обрывок одеяла. И дикий холод.

— Не было ни туалетной бумаги, ни полотенца. Не работал кран с водой, я не могла его открутить и тогда оторвала резинку от маски, намотала под вентиль, и у меня получилось спустить воду. Закрывать кран я не стала, потому что побоялась, что больше не открою. А надо ведь пить и мыться, — рассказывает о своих тюремных буднях Наталья.

На прогулки в ИВС ее не водили, зато пару раз устраивали беседы с людьми в погонах.

— Они рассказывали свою историю о том, как спасли страну в эти три дня. Мы им — свою: о том, что несправедливо получить «сутки» за то, что просто вышел посмотреть на происходящее в твоем городе, о том, что это неправильно — бить людей.

«Идти на компромисс со своей совестью теперь нельзя никому»

Отсидев сутки, Чаускины переболели коронавирусом, а когда вышли на работу, им предложили написать заявление на увольнение по соглашению сторон.

Оказывается, на предприятие пришло письмо за подписью начальника Жлобинского РОВД Геннадия Мельника, в котором было написано, что Чаускины «являются радикальными личностями, не поддерживающими конституционный строй», а их внутренние убеждения «могут негативно повлиять на идеологическую составляющую компании, способствовать формированию у нее негативного отношения к правительству и государственной администрации».

Супруги отметили, что работу свою любят и оснований для их увольнения у руководства нет. Тогда на предприятии внезапно организовали внеочередное заседание комиссии по коррупции, которая решила, что поскольку Наталья и Дмитрий — муж и жена, то у них есть потенциальная возможность возникновения конфликта интересов. Профсоюз, несмотря на обращения Чаускиных, даже с ними не встретился. Супругов уволили по ст. 42.7 Трудового кодекса Беларуси «за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей».

С таким решением они не согласны.

— Мы столько лет работали, и что, наниматель не знал, что мы муж и жена? И разве закон запрещает на наших должностях супругам работать?

В Жлобине сначала посадили на «сутки», а затем уволили идеолога и начальника отдела филиала электросетей

Незаконность своего увольнения Наталья и Дмитрий теперь намерены доказывать в суде. Иск им помог составить правозащитник Леонид Судаленко. Супруги, конечно, допускают вариант, что на работе их могут и не восстановить.

— Мы не пропадем, найдем другую. Но идти на компромисс со своей совестью теперь нельзя никому. То, что происходит сейчас с белорусами, — это ненормально. Придумывают то, чего нет, ведут себя так, как невозможно себя вести. Хватают людей за флаги. Стыд испытываешь за тех, кто переступил черту, которую нельзя переступать.

Обсуждение